долго молчала.
– Чего ты хочешь?
Он тихо рассмеялся, губы слегка скривились, мужчина продолжал смотреть на меня своим ярким, непроницаемым взглядом.
– Я наблюдал за тобой, – мягко произнес мужчина. – Ты не сдалась, даже в таких условиях… Удивительно.
Я презрительно фыркнула – на деле лишь коротко выдохнула, не разомкнув поджатых губ.
– Это что-то изменит?
Он шагнул внутрь, и грохот его шагов эхом отразился от холодных стен. Металлическая дверь захлопнулась за ним с такой силой, что у меня внутри все сжалось от страха. Я встретилась с ним взглядом и рискнула не выказать ни малейшего признака слабости: ледяные серые глаза смотрели на меня сверху вниз, призывая бросить ему вызов. Его присутствие тяжело давило на меня. Он словно хотел, чтобы я нашла в себе силы противостоять ему.
После целой вечности тягостного молчания мужчина наконец заговорил.
– Тебе пора уходить, – хрипло сказал он.
Мой желудок сжался. Я поднялась на колени, пытаясь осмыслить услышанное. Что за чудо? Могла ли я действительно обрести свободу? Но с чего бы ему вдруг даровать мне ее? Это не имело смысла – если только здесь не было замешано нечто более темное.
Ярость захлестнула меня, и я процедила:
– Однажды ты уже обещал мне свободу. Но ты солгал. Меня больше не одурачишь – я отказываюсь играть в твои странные игры.
Уголки губ мужчины изогнулись в усмешке, и он выдохнул. Выглядело устрашающе.
– Встань, – рявкнул он, дополнив приказ резким взмахом руки. В его голосе прозвучали опасные нотки, и мое тело задрожало в ответ. Тем не менее я заставила свои ноги двигаться, преодолевая боль.
– Пойдем, – устало сказал он. – Следуй за мной.
Сделав глубокий вдох, я вышла из камеры. Мы молча шли по тюремному коридору, пока не оказались у винтовой лестницы, а затем спустились на первый этаж башни. Мужчина молча подвел меня к старой деревянной двери в дальнем конце комнаты и открыл ее, жестом пригласив войти.
Мое сердце забилось быстрее: я оказалась в помещении, похожем на небольшую библиотеку. Мой взгляд скользнул по рядам книг, некоторые были настолько древними, что выглядели так, словно в любой момент могли рассыпаться в пыль. Стены и полки были уставлены томами в кожаных переплетах, которые, казалось, содержали многовековые знания и секреты прошлого.
– Сядь здесь. – Мужчина говорил так тихо, что я едва слышала его. Но сила, таящаяся в его словах, убеждала в одном: это приказ. Он показал пальцем на скромный стол и стул позади меня.
Я глубоко вздохнула, прежде чем послушалась, но внутри меня переполняло возмущение.
Мужчина остановился у стены в дальнем углу, провел пальцем по ряду названий, пока не остановился на конкретной книге – на вид самой старой в комнате. Он взял ее с полки и начал листать страницы, заполненные написанными от руки рунами и символами, которые казались чуждыми даже мне. Я не могла отделаться от мысли, что на страницах этой книги было что-то особенное, что-то могущественное. Это что-то заставило меня замереть, стоило только увидеть книгу.
Мужчина резко захлопнул том и отложил его, не объяснив причин.
– У меня есть к тебе предложение, – сказал он, с каждым шагом все больше вторгаясь в мое личное пространство. Он даже не смотрел мне в глаза, пока говорил. – Служи мне, и я дам тебе все, что пожелаешь.
Я скептически прищурилась, с подозрением поджав губы. Кем он был, раз обратился с такой просьбой? Я хотела спросить, но меня остановил страх вновь разозлить его.
– Служить тебе? – спросила я, хотя это было скорее замечание, чем вопрос.
– Ты можешь снова обрести свободу, – произнес он нараспев, медленно вытянув руку в сторону. – Но, возможно, ты хочешь сначала поужинать?
Мое сердце замерло: я заметила рядом стол, уставленный дымящимися деликатесами. Воздух вокруг меня сразу же наполнился сладким ароматом жареных овощей и свежеиспеченного хлеба. У меня потекли слюнки. Я мечтала хотя бы об одном кусочке с этого роскошного стола.
Я осторожно всмотрелась в лицо незнакомца. Пустой желудок болел от голода, а сердце бешено колотилось от обещания свободы. Его слова были приглашением, предложением чего-то гораздо большего, чем просто ужин. Я отбросила свою неуверенность и спросила как можно более спокойным голосом:
– Что, если я откажусь?
Мужчина стоял передо мной, такой высокий, что его тень накрыла меня своей тьмой. Его ответ прозвучал серьезно и угрожающе:
– Тогда ты останешься гнить здесь. Твои кости присоединятся к остальным.
Его слова повисли в воздухе, и я вздрогнула. Жестокая судьба – у меня не было другого выбора, кроме как довериться ему… Но как я могла?
– Подумай об этом, – тихо сказал он, шагнув к двери. – Но не тяни. Ты же не хочешь принять неправильное решение.
Замок щелкнул за его спиной, а затем дверь со свистом растворилась. Шкаф за шкафом, вся библиотека исчезла. Осталась лишь тюремная камера, и я поняла, что все это было иллюзией.
Все это время я была в своей тюрьме.
Я лежала в темноте, мой разум метался в страхе и сомнениях. Что он попросил бы меня сделать? И, что хуже: а вдруг бы я согласилась?
От мысли о том, чтобы принять его предложение, я похолодела. Служить кому-то столь жестокому сознательно и добровольно? Нет. Я не сделаю этого. Не только из-за боязни последствий, но и из уважения к себе и своей свободе. Я достаточно долго пробыла в плену, и пришло время начать распоряжаться своей судьбой.
Я отказывалась поддаваться запугиванию или манипуляциям, каким бы заманчивым ни казалось предложение мужчины. За рабство не могло быть платы. Ничто не поможет мне обрести свободу, кроме чистой решимости и силы воли. Моя клятва эхом отдалась в голове: свобода будет моей на тех условиях, которые определю я, а не на тех, которые мне навязал властный тиран.
Одна мысль особенно глубоко засела в голове: если мужчина был таким могущественным, почему попросил служить ему? Не мог ли кто-то столь влиятельный, как он, просто принудить меня?
32. Филлип
Бесконечную ночь расколол оглушительный рев реки Стикс, срывающейся со скал в долину внизу. Перед нами за пенящейся завесой воды зиял вход в пещеру, темный и голодный. Холодный туман пропитал наши волосы и одежду, пока мы спускались по скользкой горной тропе, неумолимо приближаясь к разъяренному водопаду.
Сегодня была ночь кровавой луны. Время пришло. Мы с Элоиз шагнули в глубокие мрачные тени старого леса Подземного царства. Воздух был пропитан тайнами и древней магией. Мы оба знали, что должны сделать. Две недели напряженной подготовки подвели к этому
